Raul

  • Публикации

    318
  • Зарегистрирован

  • Посещение

Репутация

838 Любимчик публики

2 друга

О Raul

    • Звание
      Игрок ротации
    • День рождения Май 23

    Информация

    • Пол Мужчина

    Старые поля

    • За кого болеем? Реал Мадрид

    Посетители профиля

    795 просмотров профиля
    1. а по мне так больше подходит этот
    2. далеко лететь придётся
    3. это неистово очаровательная история, тащемта
    4. Вот это драматичная концовка выдалась! Представляю, как ты смотрел провальный матч в Бильбао, видя развитие в параллельных играх.
    5. спасибо, что не Джордж Мартин
    6. Глава 2. Снова в школу. Декабрь. Деревья проносились по обе стороны дороги. Куда бы Льюис не кинул взгляд, всюду вставали рядами тёмно-зелёные исполины, припорошенные снежными шапками. Изредка в монолитную мощь первозданных лесов вклинивались одинокие домишки, словно притаившиеся в тени грабов и елей. Утром Пол разбудил его, когда солнце едва-едва проклюнулось на горизонте. «Пора, Льюис». Полчаса на сборы, и вот старенький пикап «Форд» Пола вырулил на главную улицу Харпсвелла, если можно было её так назвать, чтобы отвезти Льюиса навстречу его новой жизни. «Многого они не обещают, - сообщала Фэйт в письме, которое Льюис и сейчас сжимал в руке. - Для начала директор согласился принять тебя на должность помощника футбольной команды. Людей не хватает, а отец упоминал, что у тебя есть какой-то опыт. Многого ожидать не стоит, но я сделала всё, что могла. И ещё, надо будет как-то решить вопрос с документами». Документы. Пол заверил его, что пока что рано задумываться об этом, но у него есть какой-то знакомый в Ярмуте, который сможет сделать их. «Кредит ты не оформишь, но в Скарборо особо лютовать не будут. Айди есть айди, мой друг». Утро разгоралось, и в его раннем свете снеговые шапки искрились на кронах деревьев. «Холодно сегодня, а?» - спросил Пол, выруливая на очередную узкую улочку в лесном окружении. Печка в «Форде» работала на полную, но промёрзшая за ночь машина с трудом сохраняла тепло, и Льюис поневоле ёжился, пытаясь согреться. Пейзаж за окном не сильно менялся с километрами, что уносили их от Харпсвелла на большую землю. Наконец, миновали очередной поворот, и «Форд», чихнув двигателем, устремился по прямой, как стрела, дороге. «Плезант-хилл-роуд», - прокомментировал Пол Сейкоби. Леса сменились полями, укутанными рыхлым декабрьским снегом, но ненадолго. Вскоре лес вновь обступил дорогу, и глядя на него Льюис вспомнил рассказ, что поведал ему как-то Ассанкиак. «Я думаю, тебе стоит кое с кем повидаться, - сообщил Пол как-то под вечер. - Держу пари, мой друг, ты бы хотел поблагодарить своего спасителя». Так он и познакомился с Ассанкиаком. Всю жизнь Ассанкиак прожил на побережье Меррикониг Саунд, и на протяжении уже почти тридцати лет он каждое утро отправлялся на своей видавшей виды рыбацкой лодчонке в море. За прошедшие годы он избороздил весь залив Каско, ходил вдоль Кеннебека, но улов того дня он запомнил надолго. День уже начинал клониться к закату, и Ассанкиак собирался обратно, когда взгляд его уловил что-то непривычное, что-то, не вписывающееся в пейзаж. Несколько секунд ему понадобилось, чтобы мысль обрела, наконец, очертания — на берегу явно лежал человек! С завидной сноровкой он подошёл к побережью, в предзакатных сумерках с превеликим трудом, промокнув до нитки и едва не утонув, взвалил бездыханное тело на палубу и направил лодку обратно. «Хоть бы успеть!». Успел. «Да, Льюис, именно ему ты обязан своим спасением», - заключил Пол. Ассанкиак жил на отшибе, и путь до его времянки занял некоторое время. Много рассказов и легенд было поведано в тот вечер. Как нельзя кстати пришлась бутылка крепкого бренди, припасённая Ассанкиаком для такой оказии. Однако сейчас, в машине, проносящейся сквозь лес, Льюис вспомнил только одну историю, "легенду о первых соснах". "Это ещё одна легенда былых времён, - начал Ассанкиак. - И случилась она задолго до того, как Глускап сел в своё каменное каноэ и отправился на поиски Земли Красного Восхода. Жили на свете три брата и, услышав однажды, что Глускап пообещал выполнить любое желание любого воина, сумевшего добраться до его обители, решили они попытать удачи. Старший брат был высоким, гораздо выше двух других братьев, и сколь велик был рост его, столь же велико было и его тщеславие. Чтобы казаться ещё выше, он подкладывал кору в свои ботинки, а волосы выпрямлял ввысь. Сверху же он прикреплял индюшиное перо, чтобы ни у кого не было сомнений — он самый высокий. Но он желал быть ещё выше, чтобы все скво восхищались им. Средний брат мечтал навсегда остаться жить в лесу, созерцая красоту природы, и никогда больше не работая. Желанием младшего же было дожить до глубокой старости и остаться в добром здравии. Итак, отправились три брата по сложной дороге, ведущей к жилищу Глускапа. Долго шли они, и наткнулись на невероятно высокую гору, возвышающуюся посреди тёмных, пустынных земель. С одной стороны гора была ровной, как утюг, так что забраться по ней было невозможно. Но другая сторона была ещё ужаснее. Дорога вела прямиком между голов двух огромных змей, высунувших свои ядовитые языки. А за ними тропа сворачивала к Стене Смерти, нависавшей над ней, подобно облаку, то опускающемуся, то поднимающемуся. И если бы так случилось, что проходящий путник попал бы под это облако, он был бы раздавлен насмерть. Но братьям удалось избежать горькой участи. Хитростью пробрались они мимо змей, ловкость же помогла им избежать незавидной участи, и добрались они до острова, на котором жил Глускап. Он поприветствовал их, предложил им еды, и когда трапеза была завершена, братья поведали Глускапу свои желания. В другом жилище неподалёку от Глускапа жил Кукв Землетряс. Он мог пройти сквозь землю, заставив всю её трястись от ужаса. Глускап позвал Куква и предложил ему забрать трёх братьев, поставить их в землю и закопать ноги. Кукв обожал такие забавы. Он немедленно забрал троих братьев и поставил их в лесу и закопал их ноги в земле. И стали три брата тремя соснами. Старший брат, который хотел быть очень высоким, стал самой высокой сосной. Верхушка его высоко поднималась над всем лесом, а ветер шелестел в ветвях. Даже сегодня индюшиное перо его видно, колышущееся на ветру. Средний брат, что желал поселиться в лесу и наблюдать за его красотой, не работая, уже не мог его покинуть. Корни сосны, в которую он обратился, глубоко ушли в землю, дойдя до самой тверди. Младший же брат, хотевший дожить до старости в добром здравии, также получил, что хотел. Он до сих пор растёт в лесу, здоровый и крепкий, если его ещё не срубили дровосеки. И если ты пойдёшь как-нибудь в лес, виджибизомананаг, ты можешь увидеть невероятно высокую сосну, что скрипит на ветру. И если прислушаться к этому скрипу, то можно услышать: «О, я такое высокое дерево! О, я самый высокий на свете!». - О чём задумался, мой друг? - спросил Пол, оторвав Льюиса от воспоминаний. - Да так, ни о чём. Смотрю на эти вот все деревья и вспомнилась мне одна легенда, что Ассанкиак рассказывал. - О, он в этом деле мастер. Хлебом не корми, дай рассказать одну-две старых индейских баек. - Это точно. «Форд» остановился перед железнодорожным переездом, по которому не спеша проехал состав, гружёный стройматериалами. Льюис насчитал двадцать шесть вагонов. Печка сделала своё дело, и теперь в салоне стало по-настоящему тепло. Даже лобовое стекло немного запотело, и Пол, воспользовавшись возникшей паузой, энергично протёр его невесть откуда взявшейся тряпкой. - Сейчас после переезда повернём на Олд-Портленд, а оттуда каких-то сорок-сорок пять минут, и будем на месте. - Так быстро? - удивился Льюис. - А чего бы не быстро, - ответил Пол. - Там автострада, так что можно будет разогнаться. Скоро там этот шлагбаум откроется? Спустя несколько минут светофор изменился с красного на зелёный, и они продолжили путь. Мимо всё чаще стали мелькать разнообразные одноэтажные дома, а однажды они миновали целый перекрёсток из магазинчиков и забегаловок. Впрочем, как Пол и сказал, вскоре выехали на автостраду, и там домики снова уступили место полям и равнинам с редкими перелесками. Когда проехали по мосту через какую-то реку, Пол предложил остановиться. «Давай-ка перекурим немного». Оказалось, что река эта зовётся Фор, и вообще это не река даже, а такой длинный извилистый залив, на берегу которого и раскинулся Портленд. «Да, мой друг, мы уже проехали его, обошли по краю. Осталось каких-нибудь минут 15, и будем в Скарборо». Докурив, Пол снова завёл машину, и они тронулись в путь. «Вот уже и Скарборо, - произнёс Пол спустя ещё несколько минут. - А вон там, - видишь? - это вот уже сама школа». Главный вход старшей школы Скарборо Школа представляла собой массивное двухэтажное сооружение из нескольких корпусов, соединённых между собой коридорами, а отдельной трёхэтажной махиной возвышался спортивный центр. Пол предварительно позвонил Фэйт, когда они повернули в сторону школьной парковки, и к тому моменту, как они, заглушив мотор, подошли к главному входу, она уже встречала их, укутываясь в тёмно-синий пуховик. - Привет, пап, - поприветствовала она отца. - Привет, дорогая моя. Как ты? - спросил Пол - Всё хорошо, пап. Так это и есть тот самый Льюис Хоуп? - Всё верно, мисс. Льюис это я, - представился Льюис. - Ну, я вас оставлю. Наверняка вас уже ждут, - сказал Пол. - Да, встреча с директором через полчаса, - подтвердила Фэйт. - Па, я сказала, что Льюис — твой двоюродный племянник, что он переехал в Мэн совсем недавно, ну, короче говоря, чтобы было меньше вопросов. - Двоюродный племянник? - удивился Льюис. - Я только в общих чертах слышала о том, что с тобой приключилось, Льюис, так что лучше будет перестраховаться. Проверять тут, конечно, никто не будет, посмотри вокруг. Но уж лучше так, чем «Привет, я Льюис, у меня отшибло память». Прости, - Фэйт улыбнулась. - Мда, - только и промолвил Льюис, глядя на Пола, а тот лишь пожал плечами, мол, «такие дела, мой друг». - Ладно, идём, я тебе проведу небольшую экскурсию, раз у нас есть немного времени, - продолжила Фэйт. - Пап, я тебе позвоню попозже. Целую! Кстати, чуть не забыла. Я сказала, что Льюис в суматохе переезда где-то посеял документы, так что скоро они ему понадобятся. - Всё сделаем. Я позвоню Мэрлу, думаю в течение недели что-нибудь придумаем. Счастливо, дочка, - Пол обнял её, потом пожал Льюису руку и отправился обратно к машине. Фэйт посмотрела пару секунд ему вслед, затем повернулась к Льюису и произнесла: «Держу пари, мой отец поднял тебя ни свет ни заря и вы отправились, толком не позавтракав. Что ж, давай это исправим. Пошли, я покажу тебе, где можно разжиться сэндвичами». * * * Спустя полтора часа. Кабинет директора Уильямса, старшая школа Скарборо. - Что ж, мистер Хоуп, резюмируя весь наш сегодняшний диалог, буду рад предложить вам вакансию ассистента главного тренера нашей футбольной команды. - Спасибо, сэр. Это честь для меня, - ответил Льюис. На протяжении последнего часа директор Уильямс рассказывал Льюису про то, какая хорошая это школа, как здесь развиты всевозможные виды спорта, как из года в год спортсмены школы успешно выступают на соревнованиях штата, и как им не хватает персонала, чтобы вывести успехи школы на новый уровень. Примерно в середине разговора в кабинет Уильямса зашёл Майкл Левен, директор по спортивным активностям, и дальше разговор протекал уже в формате перекрёстного собеседования. Левен объяснил, что успехи футбольной команды в сравнении с командами по баскетболу и бейсболу намного скромнее, и что сейчас для школы развитие этого направления — приоритетная задача, поскольку «футбол только набирает популярность в штате». - Сейчас ученики на каникулах, так что у вас будет время немного осмотреться и привыкнуть, - продолжил рассказ Левен. - А когда каникулы закончатся, надо будет пересмотреть состав команды и тактику, но я в это не лезу. Это вы обсудите с Норвудом. - С Норвудом? - переспросил Льюис. - Лесли Норвуд, да. Это главный тренер юношей. В нынешнем сезоне футбольная команда выступает из рук вон плохо. Стоит ли говорить, что осенью мы проиграли все восемь матчей, включая принципиальные игры с школами Кейт-Элизабет и Мэн Коннекшнз? В лиге над нами за малым не смеются, так что не скрою, задача серьёзная. - А что случилось с предыдущим помощником главного тренера? - полюбопытствовал Льюис. - Это Лесли вам лучше расскажет сам, - подытожил Майкл Левен. - Что ж, раз с этим окончено, тогда давайте подпишем бумаги, - сказал в заключение директор Уильямс. - Вы согласны, мистер Хоуп? - Да, сэр. Спасибо за предоставленную возможность. - Тогда распишитесь здесь и здесь, - он передал Льюису папку с контрактом. - Зарплату у нас начисляют пятнадцатого числа каждого месяца, и на первое время вы будете получать, скажем, 900$ в месяц. Вас устраивает эта сумма? - Более чем, сэр. - Что ж, тогда решено. Фэйт ждала его в приёмной. «Ну как прошло?» - спросила она, но его улыбка и не предполагала ответа. «Что ж, поздравляю, мистер помощник главного тренера». Льюис поблагодарил её, и они отправились в сторону спортивного зала. - Отец говорил мне, что тебя нашли на берегу без сознания, еле живого. Ты… Ты совсем ничего не помнишь? - спросила его Фэйт, пока они шли по коридору. - Только какие-то обрывки. Ну, до того, как пришёл в себя. А так, будто пелена закрывает от меня воспоминания. Бесит, знаешь ли. - Да, хреново, должно быть. И как ты коротал время, приходя в чувство на свежем морском воздухе? Зная отца, предположу, что уши он тебе все прожужжал. - Ну, мы много разговаривали. - Про славную историю малеситов, наверняка, тоже, - улыбаясь, не то спросила, не то констатировала факт Фэйт. - Ну, и про это тоже. - Кто бы сомневался. Ладно, раз тебя так сюда занесло, будем разбираться. Жить-то тебе есть где, Льюис? - Это отличный вопрос, - ответил он. - Понятия не имею, где. - Даже и не мечтай, что я соглашусь поселить тебя в своей скромной квартирке. - Да я и не надеялся, - с улыбкой ответил он. - Сейчас кампусы полупустые, но в преподавательском корпусе наверняка есть свободная комната. Мы ещё пройдём туда. На крайний случай, так уж и быть, переночуешь на кухне, не на улицу же тебя выгонять. - Ооо, это очень великодушно, - ответил Льюис. - Эй, поаккуратнее, а то я ведь могу и передумать! Ладно, вот мы и пришли. Норвуд торчит в основном тут, в зале, в своей каморке. - С ним мне работать надо будет? - Да. Сразу скажу, он тот ещё сукин сын, так что на хороший приём не рассчитывай. - Спасибо за предупреждение, Фэйт, - сказал Льюис. - Не за что. Всё, отдаю тебя в его руки, а мне уже пора бежать. Ещё увидимся! Льюис собрался с духом и зашёл в зал. Новенькое помещение с массивными окнами под потолком как будто пребывало в зимней спячке. Льюис аккуратно прошёл через баскетбольную площадку по направлению к тренерским. Не то, чтобы он знал, что это именно тренерские, а не какие другие помещения, просто оттуда громко рубил какой-то рок-н-ролл, и он, как мотылёк на свет, пошёл на звук. И не прогадал. В укромном помещении, заполненном всевозможными грамотами, несколькими медалями и кубками за столом сидел средних лет мужчина в бейсболке с логотипом школы, изучая что-то в своих записях. На вид ему было от сорока пяти до пятидесяти пяти. Льюис негромко постучал. Мужчина поднял взгляд от бумаг, выключил музыку, и в наступившей тишине спросил: - Ты кто, нахрен, такой? - Льюис. Льюис Хоуп, - ответил Льюис. - И чё ты тут забыл, Льюис Хоуп? - спросил мужчина. - Меня приняли на должность вашего ассистента, сэр, - ответил Льюис. - Моего… кого? Это шутка такая? - Вы же Лесли Норвуд? - спросил Льюис. - Чёрт возьми, да, - ответил Лесли. - Будь я проклят, опять этот хренов Левен мне кого-то прицепил. Ну будем знакомы, как там тебя? - Льюис Хоуп, - ответил он. - Льюис, мать твою, Хоуп. Охренеть. Ты откуда тут взялся? - задал вопрос Норвуд. - Ну, я… переехал, - не зная, что ответить, сказал Льюис. - Да ну? Ладно. Что такое футбол хоть знаешь? - снова спросил Норвуд. - Знаю, - отозвался Льюис. - Только практики в последнее время маловато. - Был тут до тебя один, «практикант». Впрочем, хрен с ним, скатертью дорога. Ладно, садись покамест сюда, - он разгрёб хлам с соседнего стола, который Льюис как раз из-за этого хлама и не разглядел. - Раз уж Левен тебя прислал, значит, увидел что-то. Хотя этот ублюдок много что о себе думает. - Мне сказали, что в последнее время у футбольной команды школы дела не очень… - начал было Льюис. - Хрена с два! - перебил его Норвуд. - Финансирования нет никакого, а они результаты хотят! Тут одни калеки в команде, о чём речь. Вот года три-четыре назад у нас была команда. А сейчас — сброд какой-то. Дела не очень, вы посмотрите! Мы тут выживаем, можно сказать, на соплях одних, а они присылают какого-то прощелыгу с словами «дела не очень». Послушай меня, сынок. Если хочешь тут продержаться, лучше следи за тем, что говоришь. - Хорошо, сэр. Тогда позвольте я немного вникну в суть ситуации? - Валяй, - сразу успокоился Лесли. - Сейчас каникулы, чтоб их, а после них у нас ещё два месяца чистого удовольствия. Если зацепимся за двенадцатое место, почту за счастье, но ситуация такова, что за хрен моржовый мы зацепимся с такими игроками. Половина на больничных, а вторая - дурака валяет. Мы сейчас на шестнадцатом месте, причём прочно. А гранты выдают с двенадцатого. Так что нам надо очень, нет, ОЧЕНЬ постараться, смекаешь? - Думаю, да. - А ты поменьше думай. Думать здесь — это моя задача. Короче, до конца сезона у нас семь матчей, а от пятнадцатого места мы отстаём на 9 очков. Красота? - Не очень, - ответил Льюис. - Ясен пень, что не очень. В общем, такая ситуация. Я сейчас вообще-то занят, так что если уж так захотелось тут поработать (грёбаный Левен), завтра приходи, введу тебя в курс дела подробнее. А сейчас всё, можешь идти. - Хорошо, сэр, - ответил Льюис. - До завтра. - Ага, - пробурчал ему вслед Лесли Норвуд. Остаток дня он провёл, рассматривая шкафы с наградами бейсболистов, баскетболистов и бегунов и расхаживая туда-сюда по пустой школе. Коллекция наград там была серьёзная. Но он с необъяснимой горечью заметил, что футбольных наград там не было никаких. Футбол. Какие-то обрывочные воспоминания вертелись где-то совсем рядом на кромке памяти, но пока что он не мог получить к ним доступ. Как будто что-то драгоценное, то, что принадлежит вам, лежит на расстоянии вытянутой руки, и нужно только лишь схватить это, но преградой служит пуленепробиваемое стекло. От бессилия хотелось выть. Стараясь занять себя, Льюис самостоятельно нашёл кабинет интенданта по размещению, объяснил ему ситуацию, на что получил неутешительный ответ: «Комнат нет». На все увещевания тот лишь развёл руками. Оставалось теперь дождаться Фэйт, чтобы сообщить ей новости. «Как нет? - воскликнула она, услышав от него вердикт интенданта. - Да быть не может!». Но и ей интендант дал тот же ответ, что и Льюису. - Блин, да что это за фигня, - продолжала Фэйт, когда они вышли из кабинета. - Всегда куча комнат, но сейчас всё забито? Ладно уж, тогда кухня тебя ждёт. - Я завтра же начну искать жильё, - пообещал Льюис. - Ещё бы, - ответила Фэйт. - Ну, делать нечего, поехали. Кстати, как встреча с великим и ужасным Лесли Норвудом? - спросила Фэйт, выруливая с школьной парковки. Одинокий школьный автобус мирно спал на обочине, и она, аккуратно объехав его, выехала на главную улицу. - Ты была права, - ответил Льюис. - Первое впечатление он может произвести. - Ха-ха-ха, - рассмеялась Фэйт. - Значит, попал под раздачу сварливого Лесли? - Можно сказать и так, - согласился Льюис. Типичная улица Скарборо Скарборо оказался небольшим городишкой, больше похожим на посёлок, с рядами однотипных домиков не выше двух этажей. «Типичный пригород», - ответила Фэйт на его замечание. Проехали забегаловку «Данкин Донатс», свернули направо. Дальше ещё несколько сот метров проехали по извилистым закоулкам, петляющим между домами, пока, наконец, Фэйт не припарковалась напротив простецкого дуплекса. «Вот тут я и живу», - сказала она, выключая зажигание. Внутри дом оказался приятнее, чем снаружи. «Располагайся, - бросила Фэйт, зайдя в дом. - Кухня сразу справа, напротив — гостиная. Ну, вернее, так я её называю. Диван там такой себе, так что лучше тебе спать на кухне. Там он хотя бы раскладывается. Туалет, ванная дальше по коридору. На втором этаже сплю я, туда лучше не заходи. Всё понятно?». Получив утвердительный ответ, Фэйт продолжила: - Так, всё. Сейчас быстро поедим, а потом у меня смена в хирургическом центре. Меня не будет до вечера, так что лучше далеко не ходи, ладно? - Хорошо, - ответил Льюис. - Чудно. Пообедали молча, уплетая за обе щёки. Макароны с томатным соусом, нехитрая снедь. После обеда Фэйт уехала, оставив Льюиса в одиночестве и раздумьях. Вернулась она уже после заката, когда стрелки часов переползли отметку в двадцать три. Льюис крепко спал на диване в гостиной.
    7. >хочешь не бесить общественность и избежать упрёков в фаворитизме >вызываешь в сборную 9 игроков своего клуба
    8. всегда радовал такой вариант написания фразеологизма. прям представил скрипящее сердце... жуть! а вообще мне всегда очень тяжело расставаться с лидерами и долгожителями команды. вроде бы уже списаны со счетов, но столько воспоминаний связано. и круто, когда они на закате карьеры всё-таки выдают год-другой отличной игры в клубах попроще.
    9. Рад, что пришлось по вкусу)
    10. эээм... И это, охренеть, у тебя там тесак в составе
    11. Ребят, кто занимается вёрсткой, ответьте? Планируется ли адаптировать под мобилки форум или нет? А то как-то вопрос в воздухе повис.
    12. Глава 1. Малеситы. Беспокойное разноцветное марево никак не хотело принимать чёткие очертания. Сплошь переливы различных цветов, соединяющиеся в одно целое - будто мир потерял чёткость, запершись в обветшалой комнате за давно не мытыми стёклами. Впервые открыв глаза, он подумал, что так, должно быть, выглядит рай. Он пытался понять, что произошло, что это за место, но мысли спотыкались одна о другую, как ноги пьяного моряка, не привыкшие к земле. Вязли в бесконечном движении цветов. Сколько времени прошло, пока он пытался распознать место, где находится? Сколько минут или, быть может, часов минуло с тех пор, как он пришёл в себя? Какая-то тень закрыла на мгновение свет, прервав лихорадочное движение его мыслей, и на голову легла тёплая влажная ткань. Запах каких-то неведомых трав защекотал нос, капля воды лениво поползла по виску. - Где... где я? - забормотал он, пытаясь уловить эту тень снова. Слова приходили на ум сопротивляясь, будто бы нехотя. - Где я? - спросил он снова. В ответ раздался обеспокоенный вдох, потом какие-то неизвестные ему слова на дивном языке заполнили тишину комнаты, и вот, тень наконец появилась снова, только теперь ближе. Должно быть, кто-то наклонился над ним. - Вакоминдж мино киджибаван, - голос был скрипуч, но возраст говорившей по нему понять никак было нельзя. Понятно было только то, что это женщина. Лёгкий аромат лавандового парфюма не мог обмануть. Ей с равным успехом могло быть и тридцать, и семьдесят. - Минвениндам кохшкоз. - Я не понимаю, - ответил он. - Что... Боже мой, кто вы?! - Огима! Огима!!! - запнувшись, крикнула тень куда-то в сторону выхода, и тут же послышались шаги - кто-то торопливо вбежал по ступеням и подошёл к кровати. Появилась вторая тень, покрупнее. Мужчина что-то тихо шепнул женщине, и та ушла. - Как хорошо, что вы пришли в себя, - произнесла тень. - Меня зовут Пол Сейкоби. А как зовут вас? - Где я? - обеспокоенно спросил он в очередной раз. - Кто вы? Я ничего не вижу. - Вы в Харпсвелле, на земле малеситов, а я - глава этого поселения. Вы долго были без сознания, и мы уже начали волноваться. Как хорошо, что Пуалукиук заметила, что вы пришли в себя. - Малеситов? Я... я ничего не помню, - голова отдалась тяжестью, и разноцветные краски пуще прежнего забегали перед глазами. - Что произошло? - Это мне неизвестно. Знаю только, что вас нашли восемь дней назад на берегу острова Пинкхэма, без сознания. Вы помните, как вас зовут? Он попытался вспомнить, но в голове была лишь оглушающая пустота. Обрывками пронеслись вихрь, падение с высоты и огромная волна, накрывающая его с головой... - Нет. Я не помню. Я не помню, как меня зовут... Чёрт-чёрт-чёрт. - Не волнуйтесь. Сейчас вам лучше успокоиться. Я думаю, память вернётся. Как и зрение. Вам лучше всего отдохнуть, набраться сил. Море крепко вас потрепало. Нам едва удалось вас спасти от переохлаждения. Воистину, как здесь говорят те, кто постарше, вас спас Будап, на своей спине достав с дна морского. - Кто спас? - ничего не понимая спросил он у Пола. - Это мифический кит из наших легенд. Впрочем, у вас ещё будет шанс услышать эту легенду и познакомиться с рыбаком, заметившим вас среди скал. Сейчас же я вас оставлю. Покой - вот, что вам сейчас важнее всего. * * * Дни сменялись днями, а те улетали прочь, оборачиваясь неделями. Время не бежало, ползло по кочкам незаметно, неторопливо. На третий день после разговора с Полом Сейкоби "гость", как его окрестили местные жители, наконец, поднялся с кровати и смог самостоятельно спуститься к завтраку. Зрение понемногу вернулось, но с памятью дела обстояли хуже. Арчибальд Голсуорси, или же просто Арч, местный врач, заявил, что это амнезия, но неясно пока, как быстро она пройдёт. Самое ужасное во всей этой ситуации было то, что даже имя своё вспомнить ему не удавалось. - Местные ребятишки уже прозвали тебя виджибизомананаг, то есть, «путник» в переводе с нашего языка, - сказал как-то ему Пол спустя неделю или около того. - Согласен, язык можно сломать, пока произнесёшь. - Это точно, - согласился тот. - Но без имени ходить - худо, - продолжил Пол. - Да и неправильно это. Арч считает, что ты - счастливчик. Когда Ассанкиак привёз тебя, еле живого, в лодке, я думал, надежды мало. Но никто её не терял, и вот, ты здесь, живой. Вот, держи. Это единственное, что мы нашли в твоих карманах. Самое время вернуть. - он достал из кармана потёртый портсигар, на крышке которого была выгравирована надпись «Льюис и Ферри». - С твоего позволения, я буду называть тебя Льюисом, - кивнул он, указывая на портсигар. - Льисом Хоупом, ибо в добрый час рыбацкая лодка оказалась у места, где тебя выплюнуло море, подарив надежду. - Льюис Хоуп? - переспросил он. - Мне нравится. Уж лучше так, чем виджи-что-то-там. - По крайней мере, пока память не вернётся к тебе. Что ж, тогда решено, Льюис, - улыбнулся Пол. - Кстати, в дни забвения ты разговаривал на другом, таком странном моему уху языке. Я решил, что ты прибыл из дальних земель. - Я не помню, откуда я. Мне вроде бы видятся какие-то очертания, но всё - в тумане. Много снега, залив. Что-то такое. - Что ж, всему своё время, - заключил Пол. - Всему своё время. Они прогуливались вдоль бухты, наблюдая, как волны накатывают на берег, а в предвечернем небе отчаянно спорят о чём-то чайки. Эти прогулки были наполнены для Пола особым смыслом. На многочисленных этих прогулках он рассказал Льиюсу об истории поселения, о том, как предки его заселили острова Себаскодеган, Орр и Бэйли в XVII в., рассказал и об абенакской культуре, которая «с каждым следующим поколением уходит на полку истории всё дальше и дальше». По словам Пола, Абенаки жили тут испокон веков, ещё до того, как «белые люди с Востока» приплыли сюда и установили здесь свою власть. Древние племена называли эти места «Мерриконеаг», или «место, до которого быстро добираться». Позже эти земли были выкуплены каким-то зажиточным помещиком по имени Николас Шапли, и Харпсвелл стал местом постройки всевозможных лодок и прочих плавучих средств для нужд зарождающихся Штатов. Старые верфи до сих пор сохранились на окраине городка. Но с тех пор, как эта земля отошла резервации, судостроение пришло в упадок, и местные теперь в основном выживали за счёт рыбной ловли и собирательствам. Кто поумнее, уезжали на большую землю, но старикам там нечего было делать. Во всей округе это было последнее место, где остались малеситы. «Все остальные ушли на север, и теперь живут где-то близ Канадских границ», - сетовал Пол. Рассказал он и о дочери Фэйт («Она - врач. Наша гордость. Работает в юношеской футбольной команде. Вылитая мать, а она была красивой женщиной, мир её духу»). И тут что-то кольнуло память Льюиса. Какой-то мелкий камушек, свалившийся с горы туманного прошлого. - Футбольной команды? - спросил Льюис. - Да. Ну, соккер, не тот футбол, где все бегают в шлемах и броне. Тот футбол слишком жесток. - Футбол... Пол, я, кажется, начинаю вспоминать что-то! Господи, футбол. Я как-то был с ним связан. Там, в прошлом. Я помню стадионы, помню футбольное поле в снегу... - О-о-о! - воскликнул Пол. - Это отличные новости, мой друг. Возможно, это именно та ниточка, что сможет помочь тебе вспомнить, кто ты есть? - Возможно... Но я уже и сам не знаю, кто я. Арч говорил, что память вернётся, Пол. Но прошло уже... Сколько прошло? - Два месяца и три недели, мой друг. Не торопись. У нас говорят, что быстрее ветра не убежишь, только если ты не стрела. Для всего нужно время, Льюис. - Наверное, ты прав. Но я будто в тумане пробираюсь, силясь найти и подобрать ключи к прежней жизни. Чёрт, это сложно, - Льюис ухмыльнулся, глядя за горизонт. - Я поговорю с Фэйт, - произнёс Пол. - Не знаю, может быть, это и правда поможет тебе найти, как ты говоришь, ключи к прошлому. Но это первый шаг, Льюис. И это хорошая весть. Но "второй шаг" оказался не таким простым, как первый. Прошло ещё почти долгих четыре месяца, прежде чем пределов Харпсвелла достиг ответ от дочери Пола. На официальном письме стояли ремарка и эмблема средней школы Скарборо, а его содержимое перевернуло жизнь Льюиса с ног на голову. В очередной раз.